Размер шрифта: A A A
Цвет сайта: A A
Тип шрифта:
Вернуться на старую версию сайта

НПО в Казахстане готовы к реализации отдельных государственных функций — Батима Мукина

О грантовой поддержке неправительственного сектора, экономии бюджетных средств и работе в период пандемии, а также о том, каким должно быть гражданское общество Объектив.kz  рассказала председатель Правления «Центр поддержки гражданских инициатив» Батима Мукина.

— Батима Куанышевна, чем конкретно занимается Центр поддержки гражданских инициатив?

— Мы работаем с неправительственными организациями, оказываем им грантовую поддержку для реализации конкретных социальных проектов. В этом году, например, у нас заключены договора с 85 НПО по всей стране на реализацию 107 проектов, из которых 26 посвящены году волонтера. В прошлом году, в год молодежи, было реализовано 50 социальных проектов. Есть много интересных кейсов, которые получили грантовую поддержку еще до моего прихода в центр, в том числе по поддержке сельских инициатив.

Помимо этого, мы поддерживаем социальными грантами небольшие проекты, или, как мы их называем, малые инициативы от гражданского общества.  Мне лично самой это очень нравится, потому что там результат виден за очень короткие сроки — уже через 2-3 месяца. И это несмотря на маленькую сумму гранта – до 500 тыс. тенге. Буквально на днях, например, в одном из микрорайонов Акмолинской области сдали в эксплуатацию новую спортивную площадку для детей. В Карагандинской области были открыты массажные кабинеты для детей с ограниченными возможностями, что сильно облегчило жизнь людям. Не все могут получить квоты в столицу, или выехать в город на платный 15-минутный массаж. Были открыты отдельные кабинеты для взрослых и пожилых людей по освоению компьютерной грамотности и разъяснению, как пользоваться электронным правительством и получать нужные справки, не выходя из дома. На каждый регион выделяется по 8 минигрантов. Казалось бы совсем мелкие проекты, но какой точечный эффект они оказывают.

— Какие инициативы в таком случае реализуют НПО?

— Одним из интересных и больших проектов этого года я бы отметила «Birgemiz Bilim», в рамках которого 14 тысяч детей из сельских школ получили возможность обучаться английскому языку, правовой и компьютерной грамотности, пройти подготовку к единому национальному тестированию, к олимпиадам. Учитывая, что мы сейчас ограничены в передвижении и должны соблюдать социальную дистанцию, обучение проводится в онлайн формате. В этом, наверное, тоже есть свои плюсы. Во-первых, экономие грантовых средств, которые возвращаются в бюджет за неиспользованием. Во-вторых, у нас накопились учебные видеоматериалы, что значительно расширило круг получателей этой услуги. Теперь каждый ребёнок в любое время и независимо от завершения проекта может обучаться и получать новые навыки. При реализации «Birgemiz: Bilim» было выявлено, что у многих сельских детей нет компьютеров и выхода в Интернет. Нет современных смартфонов. И было решено подарить сельским школьникам ноутбуки для дистанционного обучения. Если быть точнее, в бюджете социальных проектов были заложены средства на транспортные расходы, на аренду помещения, на командировки, так как все мероприятия были запланированы в обычном режиме. Но в связи с пандемией необходимость этих услуг отпала. И НПО вышла с инициативой использовать ресурсы для закупа нужной техники для школьников. Таким образом, отдельные затраты были переформатированы на необходимые потребности. Так, около 300 детей уже получили возможность обучаться онлайн.

Есть проекты, связанные с семейными ценностями. Например, 13 сентября в офлайн формате должен был пройти фестиваль молодых семей. Более 50 супружеских пар должны были приехать в столицу, чтобы участвовать в конкурсах, рассказать о своих семейных традициях, об ответственности и воспитании детей.  Теперь этот фестиваль будет проходить онлайн в социальных сетях.

В каждом из 107 проектов культивируется гуманное отношение к детям, к животным, идет просвещение населения по защите их прав, по взаимодействию с людьми, ограниченными в возможностях. На самом деле, о каждом проекте можно говорить очень много, я рассказала о тех примерах, которые сейчас уже дают видимые результаты. В ближайшие пару месяцев все проекты подойдут к своему завершению, и тогда мы будем видеть позитивные результаты практически ежедневно.

— Кем определяется тематика реализуемых проектов?

— До сегодняшнего дня наблюдалась практика, когда министерство информации и общественного развития спускало нам план грантов, то есть все определялось по принципу «сверху вниз». Но в данный момент министерством пересматривается такой подход и предполагается переход на принцип «снизу вверх», когда тематику будет определяться неправительственными организациями с позиции того, что нужно гражданам. То есть, это будут те первоочередные задачи, которые беспокоят общество, и которые можно решить в краткосрочной перспективе. Скорее всего, такой механизм будет внедрен с 2021 года. Мы считаем, что это должен быть расширенный спектр инициатив, которые будут идти не только от НПО, но и от региональных объединений, партий, граждан, инициативных групп, молодежных организаций. По тем же нашим минигрантам мы видим, что люди охотно объединяются в инициативные группы и начинают самостоятельно решать какие-то проблемы. Например, соседи объединяются,  чтобы построить детскую площадку, покрасить заборы, посадить деревья. Лично я считаю, что такие гражданские инициативы могут активно идти параллельно с той работой, которая проводится правительством.

К тому же, очень много инициатив рождается в областях, районах. Мы, как официальный оператор, выезжаем на места, но не можем своевременно поддержать эти проекты в виду того, что бюджет на грантовую поддержку закладывается за год вперед. Поэтому сейчас обсуждается вопрос защиты инициатив на уровне местных исполнительных органов, которые лучше знают проблемы и задачи своего региона. Тем более что у всех государственных и местных исполнительных органов есть такое право — закладывать у себя грантовое финансирование для работы с НПО, специализирующихся в их областях. Это еще послужило бы хорошим стимулом для развития гражданского сектора. Сегодня у нас складывается такая картина – на один конкурс приходит 50 НПО, на другой и три не наберется. Нам нужны профессиональные специализированные организации во всех направлениях, которые бы работали с конкретными бенефициарами.

— Как устроен механизм грантовой поддержки?

— В своей работе мы опираемся на Закон «О государственном социальном заказе, грантах и премиях». Конкурс состоит из двух этапов. Первый, это проверка заявок на соответствие определенным требованиям и нормам. Неправительственная организация должна быть своевременно зарегистрирована в базе данных НПО и должна предоставить полный пакет документов, которые есть в правилах. Их уставная деятельность должна соответствовать заданной тематике. Второй, заявка должна полностью выдержать все планки грантов, которые мы объявляем. Например, если мы объявили, что предельная сумма проекта 3 млн тенге, то сумма в заявке не может превышать этот лимит, иначе мы ее просто отклоняем. Аналогично прописывается территориальный охват и ожидаемый результат, от чего заявитель не может откланяться. Подготовка заявки для участия в конкурсе занимает порядка 20-30 дней в зависимости от сложности проектов.

Перед конкурсными процедурами мы едем в регионы, разъясняем правила подачи заявок через социальные сети, запускаем информационные ролики о том, как заполняется заявка, какие нормы нужно выдержать, рассказываем про идеологию того социального проекта, который был поддержан министерством и какие результаты рассчитываем получить в результате реализации этой инициативы.

На каждый конкурс мы отбираем порядка 15 специалистов, которые формируют нашу экспертную комиссию. Каждая заявка, которой присваивается свой секретный индивидуальный код, проверяется тремя различными экспертами. Никаких названий организаций, имен и фамилий, чтобы полностью исключить субъективное мнение и коррупционные проявления при отборе. После этого проходит общее заседание, на котором всем заявкам присваиваются баллы и выбирается победитель.

            — Скажите, какие коррективы внесла пандемия и карантин в ваши внутренние рабочие процессы?

— Я вообще считаю, что мы достаточно мягко ушли в этот кризисный момент для нашей страны. Дело в том, что мы с прошлого года автоматизировали все наши бизнес-процессы и перешли на электронный документооборот с госорганами и НПО. Элементарно, чтобы подписать договор, счет-фактуру или акт выполненных работ нам не нужно бежать в офис или бегать по кабинетам. Все наши сотрудники обеспечены  ноутбуками и могут работать в любом месте. Раньше мы собирали ежемесячные отчеты по старинке в бумажном виде, сейчас они предоставляются нам грантополучателями в электронном формате. В бумажном виде отчет подают только один раз по окончании реализации проекта. Получается, что так мы еще экономим время и бюджетные средства на распечатках и почтовых пересылках.

Кроме того, мы перешли на такой профессиональный уровень — формат быстрого общения. Если раньше мы рассматривали документы порядка 30 дней, то сейчас стараемся дать обратную связь в течение 10 дней. То есть, по возможности были минимизированы все сроки по бюджетным процессам, что позволяет нам еще быстрее профинансировать дальнейшие действия неправительственных организаций. Это значительно облегчило нашу работу. Параллельно мы обучаем представителей НПО, как составлять бухгалтерскую отчетность, в какой формат ее упаковывать, чтобы минимизировать все дальнейшие процессы.

— Что касается НПО, как вы оцениваете их деятельность и их необходимость на сегодняшний день?

— Можно сказать, что я собственными глазами вижу, как мощно сегодня развивается у нас неправительственный сектор в Казахстане. Они готовы помогать государству и людям, и могут это делать на достаточно профессиональном уровне. Поэтому я думаю, что правительство должно обратить внимание на то, что неправительственный сектор уже готов к реализации отдельных государственных функций и к реализации отдельных социальных услуг, которые оказываются сейчас госорганами, то есть к той самой децентрализации госфункций. Потому что главным бенефициаром, если хотите, краеугольным камнем любого проекта или услуги является человек, с которым неправительственные организации работают напрямую.

— Что лично вы понимаете под «гражданским обществом», и каким оно, по-вашему, должно быть?

— Я бы сказала, это довольно обширное понятие. В 2007 году, когда в Конституции параллельно с местным государственным управлением, по которому я защищала диссертацию, появился целый раздел про местное самоуправление,  я впервые и познакомилась с понятием гражданское общество. С тех пор этот сектор считается «точкой соприкосновения» государства и каждого отдельного человека с его желаниями и потребностями.

Нужно понимать, что у каждого гражданина в нашей стране есть свое понимание «хорошо и плохо», своя гражданская позиция по каждому вопросу и минимальный социальный пакет требований. Если правительство слышит гражданина, знает все его потребности и старается их удовлетворить, это говорит о высоком уровне развития гражданского общества и о системном развитии гражданского сектора и государства. Когда эта системность нарушается и человек остается не услышанным со стороны одного госслужащего, искажается мнение о государстве в целом. Чтобы избежать недопонимания, нужно работать с такими госслужащими и разъяснять им правила общения. Каждый, кто работает в государственных институтах или квазигосударственном секторе должен воспринимать себя, в первую очередь, как гражданин, и ставить себя на одну роль с человеком, который обращается за услугой или помощью. Надо учиться выстраивать правильный и нормальный диалог, чтобы не было недопонимания или неверного восприятия, что правительство ничего не делает для людей.

На самом деле, у нас в стране есть всё —  деньги, хорошие идеи, ресурсы, человеческий капитал, который готов всё это реализовать. Просто сейчас, наверное, в Казахстане идёт какой-то переходный процесс, когда проблемы поднимаются, государство их слышит, но на каком-то уровне они не решаются. Я проработала в госструктурах много лет и знаю, что есть много хороших государственных программ, в которых заложено много средств на реализацию социальных проектов для улучшения жизни людей. Другой вопрос, как этот процесс реализуется на местах. Думаю, что на этом нашему государству и гражданскому обществу нужно сделать особый упор и усовершенствовать систему контроля, а также наладить между собой взаимодействие и диалог. На мой взгляд, нам всем необходим единый стратегический документ по развитию Казахстана в ближайшие 15-20 лет, где центровой фигурой был бы человек с его потребностями. Когда человек будет понимать, для чего платит налоги, и видеть, куда эти средства направляются, уверена, кризис во взаимоотношениях государства и населения спадет сам собой.